Масая, жерло ада: мужчины спускались за золотом

Жерло ада

В 1538-м мужчин спустили в этот вулкан за золотом. Это вулкан Масая в Никарагуа. Испанские хроники звали его адом. Теперь его часто зовут Пастью Ада. Монах и его спутники верили, что там кипит сокровище: золото или серебро. Они сделали лебедку, посадили одного в веревочную люльку, спустили в кратер.

Днями позже они опустили железную цепь к расплавленной поверхности. Сегодня лавовое озеро Масаи скрыто оползнями. Но спутники все еще меряют сдвиги земли: это намекает на перемены внизу. Кто спустился первым и что думал вынести наверх?

Первый человек внизу

В тысяча пятьсот тридцать шестом году доминиканец Блас дель Кастильо прибыл в Гранаду, испанский город близ Масаи. Спорили, что кипит в яме: золото, серебро, медь, железо, сера. Кто-то считал, что сам ад. Францисканец в Гранаде сказал: там только золото или серебро, величайшие богатства мира. В июне тысяча пятьсот тридцать седьмого Блас впервые увидел кратер и захотел спуститься.

В Гранаде он собрал товарищей, поклявшихся хранить тайну. Они измеряли глубину веревками. Первые веревки оборвались. Затем спрятали в соседней индейской деревне веревки, блоки и лебедку Бласа. К тяжелой каморе пушки приделали железную рукоять: на цепи опускать и поднимать всё.

Индейские рабочие подняли все это на гору. За дни до спуска двое отказались. Один сказал: вошедший сгорит заживо. В субботу, тринадцатого апреля тысяча пятьсот тридцать восьмого, они исповедались, Блас служил мессу и плача просили прощения друг у друга. Бревно толщиной с быка сбросили на обломки, над ним натянули канат, как корабельный такелаж.

Блас в люльке скользил по канату. Под шляпой железный шлем, за поясом маленький молоток, на запястье фляга вина и воды. Он нес маленький деревянный крест, то в руке, то во рту. Он сказал сорока или пятидесяти наблюдавшим индейцам, что крест был христианским мечом против их бога.

Люди у лебедки неопытны: теряли его и роняли на несколько ростов. Ко дну кожа с рук почти сошла, а камень ударил по шлему. Коленопреклонился, поцеловал землю. Затем он спустился с осыпи на дно, читая Евангелие от

Иоанна, искал кости людей, брошенных, как говорили, в жертву. Он ничего не нашел. Он предположил, что все засыпали падавшие сверху камни. Малый крест на большом камне он обложил камнями от ветра. Около трех часов внизу.

Он сказал: на дне лишнего жара нет, воздуха много, но пыль едка, серные пары. Тонкие золотистые нити, как щетинки колоса, ломались при остывании и липли к рукам. Вулканологи называют эти нити волосами Пеле: волокнами вулканического стекла, вытянутыми из лавы газом и ветром. Наверху он сказал товарищам: кипящее вещество - серебро.

Железная цепь в огне

Три дня спустя, шестнадцатого апреля, спустились четверо, включая Бласа. Они несли цепи, камору, глиняные ведра и три заявления о владении: от имени короля и от себя. Они ночевали на дне. По их словам, свет был так ярок, что ночи не было. Они выдвинули балку над внутренней ямой и спустили камору на цепи.

Дважды она вернулась пустой. В третий раз застряла в корке. Когда ее высвободили, она поднялась покрытая черным легким шлаком, полным блестящих отверстий. Искавшим клад отверстия казались следами бывшего там металла. Наверх передали: великие богатства. Блас поднял корзину и запер ее в сундуке.

Слух дошел до губернатора Родриго де Контрераса в Леоне. Тридцатого апреля он сам пришел на третий спуск. Вниз пошли семеро. Там двое заявили права хозяев на жилы. Блас заявил весь котел королю, себе и товарищам. Все смеялись. Потом дрались и разбили спущенные им фляги воды.

На четвертой попытке камора застряла в толстой корке, и вместе с ней остались семнадцать или восемнадцать брасов цепи. Остальная цепь поднялась раскаленной докрасна, а веревка обгорела. Назавтра под присягой один сказал: около десяти брасов цепи расплавились в огне. Через две недели в Леоне два серебряных мастера измельчили камни кратера и свыше двух часов грели их в тигле.

Их вердикт: никакого металла, только обожженные камни, полные серы и селитры. Губернатор запретил новый спуск. Блас отплыл в Испанию с отчетом и рисунком кратера, вернулся с королевским приказом попытаться снова. Высадился - и умер в Никарагуа.

Королевский хронист Овьедо недолюбливал его и назвал его более дерзким и жадным, чем мудрым. Но их показания стали одним из первых описаний того, что было в кратере.

Что Овьедо увидел первым

Девятью годами раньше Овьедо сам стоял на этом краю. В июле тысяча пятьсот двадцать девятого года он выехал из Манагуа ночевать на испанскую ферму у подножия. Один или двое испанцев обещали подняться с ним. Но в назначенный день никто не пришел. В темноте он пошел наверх с местным вождем-проводником, чернокожим слугой и двумя индейцами.

Вождя крестили под именем дон Франсиско. Прежде его звали Накатиме. Овьедо писал, что на языке вождя Масая означала гору, которая горит. На другом местном языке у нее было второе имя, Попогатепе, гора, которая кипит. Он слышал: сияние вершины в трех лигах позволяло читать письмо.

Он не поверил. Но писал: в Гранаде, в трех лигах, светло в безлунные ночи. На рассвете у вершины проводник сел в пятнадцати-двадцати шагах от края и указал. Под Овьедо была круглая яма, шире мушкетного выстрела. Ее стены вели к плоскому круглому дну для игры ста всадников.

Губернатор позже сказал: сто тридцать брасов, чуть за двести метров по нынешним мерам. На дне сбоку меньшая дыра. На ее дне Овьедо увидел то, что назвал жидким огнем, подобным воде, ярче раскаленных углей. Он кипел пятнами. Там, где поверхность успокаивалась, появлялась тонкая корка, потом трескалась, открывая жидкий огонь под ней.

Порой вся поверхность вздымалась и бросала капли выше человека. Ученые и сегодня видят на нем ту же корку и трещины. Он бросал камни, но не видел падения. В стенах гнездились длиннохвостые попугаи. Он больше двух часов рисовал гору на бумаге.

Издание истории за тысяча восемьсот пятьдесят пятый год напечатало гравюры по рисункам.

Старуха из кратера

Местный вождь объяснил Овьедо, зачем люди поднимались сюда до испанцев. Он сказал: сам с вождями спускался на дно. Из дыры, говорил он, выходила очень старая голая женщина с длинными острыми зубами и глубокими горящими глазами. С ней вожди тайно советовались: идти ли войной, мириться ли?

Будет дождь? Вырастет маис? За день-два до или после совета, говорил вождь, туда бросали мужчин, женщин, детей в жертву. У края Овьедо увидел большую груду горшков, тарелок и сосудов, одни разбитые, другие целые. Ему сказали: в них несли еду старухе, чтобы она ела и была спокойна при тряске.

После прихода христиан, говорил вождь, она почти перестала выходить. Овьедо знал, кто она: дьявол. История - лишь от испанца, уверенного, что смотрит в ад. Это рассказ и о нем, и о местных.

Нашел крест у края. Мерседарий Франсиско де Бобадилья примерно за полгода до этого поднялся с малой группой. Отчет: они поставили кресты вокруг устья. По записи Овьедо, тот монах крестил свыше двадцати девяти тысяч человек за девять дней.

Позднейшие авторы пишут, что кресты должны были изгнать дьявола. Сам Овьедо не объясняет зачем. Крест Бобадильи и сегодня стоит на холме над кратером. Его поставили гораздо позже.

Что там действительно кипело

Что они видели? Не золото, не серебро. Лаву: расплавленный базальт, темную вулканическую породу. Лавовое озеро: горячая магма идет в открытый кратер, не застывая в жерле. Магма несет растворенный газ. У поверхности газ выходит, как пузырьки из открытой бутылки.

Теряя этот газ, магма немного остывает и становится плотнее, поэтому опускается вниз, а свежая магма поднимается ей на смену. Этот круговорот держит поверхность жидкой и жерло открытым. Сверху остывает тонкая черная корка, трескается, тонет, возникает вновь. Большинство кадров лавы сняла группа, измерявшая озеро Масаи в июне две тысячи семнадцатого.

Озеро было около пятидесяти метров шириной, температура поверхности - от девятисот до тысячи градусов Цельсия. Поверхность неслась примерно от четырнадцати до шестнадцати метров в секунду. Это один из самых быстрых потоков лавового озера. Лишь у немногих вулканов Земли лавовое озеро оставалось открытым годами. Масая была среди них. Другие: Эребус в Антарктиде, Эрта-Але в Эфиопии,

Ньирагонго в Демократической Республике Конго и Килауэа на Гавайях. Все выделяют газ. С две тысячи пятого по две тысячи пятнадцатый спутники измерили у Масаи около восьмисот семидесяти тонн диоксида серы в день. Масая - восемнадцатая среди девяноста одного вулкана, выделяющего газ без извержений.

Озеро, которое появляется и исчезает

Озеро Масаи всегда менялось. Еще в тысяча пятьсот двадцать девятом Овьедо слышал: месяцами раньше жидкий огонь почти достиг вершины внутренней ямы. Озеро, которое видели испанцы, находилось в кратере Ниндири. В тысяча шестьсот семидесятом лава из него перелилась и пошла по северному склону вулкана.

В тысяча семьсот семьдесят втором году вулкан раскололся с северной стороны, и лава хлынула к озеру Манагуа. Активный ныне Сантьяго обрел форму лишь в тысяча восемьсот пятидесятых. Там озера приходили и уходили с тысяча девятьсот шестидесятых до восьмидесятых, и вновь в тысяча девятьсот восемьдесят девятом. В декабре две тысячи пятнадцатого на дне Сантьяго вновь появилось лавовое озеро.

Годами посетители смотрели с края на сияющее озеро. В девятнадцатом и двадцатом озеро медленно опускалось и сжималось. А второго марта две тысячи двадцать четвертого года части внутренних стен кратера обрушились, засыпав лавовое озеро и перекрыв главное жерло. Парк на время закрыли, потому что при перекрытом жерле выросла вероятность взрыва.

В двадцать пятом смотровую площадку вновь открыли, озеро еще засыпано. Пока Пасть ада сомкнула свою пасть. Но под обломками вулкан продолжает двигаться.

Что увидели спутники

Европейские спутники-радары Сентинел-один проходят над Масаей примерно раз в двенадцать дней. Каждый раз радар отражает волны от земли и точно меряет время возврата. Сравнив пролеты, видно, как земля смещается к спутнику или от него примерно на сантиметр. Это ИнСАР.

Группа Лиззи Джонсон из Пенсильванского университета с Ён Чхоль Кимом и Кристель Вотье изучила шесть лет данных, с две тысячи восемнадцатого по две тысячи двадцать четвертый. Они опубликовали результаты в июле две тысячи двадцать шестого в Geophysical Research Letters. Нашли, похоже, два хранилища магмы. Первое глубоко: примерно три целых две десятых километра под центром кальдеры, широкой вулканической впадины.

С восемнадцатого до середины двадцать второго над ним смещение примерно три сантиметра от спутников, будто резервуар терял около миллиона трехсот тысяч кубометров. Земля пошла к спутникам. К началу двадцать четвертого резервуар снова набрал около четырехсот пятидесяти тысяч кубометров. Группа видит в этом приток магмы из глубины.

Второе - мелкое: всего около двухсот метров под Сантьяго. Там земля все шесть лет оседала, будто малый резервуар пустел. Этот мелкий резервуар под Сантьяго, где озеро исчезло в двадцать четвертом. Спутники видят лишь движение земли. По нему группа судит, что внизу.

Жизнь рядом с жерлом ада

Почти два миллиона живут в тридцати километрах от Масаи. Столица, Манагуа, находится примерно в двадцати километрах. И Масая способна быть опасной. Двадцать третьего апреля две тысячи первого года взрыв выбросил камни размером до шестидесяти сантиметров, на пятьсот метров от кратера.

Машины на площадке пострадали. Исследователи говорят: людям рядом пока не грозит опасность. Более серьезная повседневная опасность это газ. Диоксид серы из кратера остается опасным и без извержения. Группа хочет получить исходный уровень: запись того, как вулкан обычно дышит, чтобы необычные изменения были заметны.

Пять веков назад цепь опустили в огонь в поисках тайны Масаи. Достали обожженный камень, цепь потеряли. Сегодня мерная нить - луч радара из космоса, ответ не золото. Это сообщение в сантиметрах: с двадцать второго до двадцать четвертого глубокий резервуар под горой, что горит, вновь наполнялся снизу.